«Здесь ступали стопочки Преподобного»

«Обнощева зде» – это непривычное для нашего слуха древнерусское словосочетание означает переночевал здесь. Оно встречается в летописях и преданиях, донесших до нас ценные сведения, где, в каких местах земли Русской побывал преподобный Сергий Радонежнский. И с какой миссией в эпоху княжеских междоусобиц и феодальной раздробленности на Руси он отправлялся в дальний путь. Так по просьбе великого князя Димитрия Донского в 1386 году смиренный старец направился к великому князю Олегу Рязанскому, чтобы помирить их – двух враждующих князей, и заключить между ними «вечный мир». В Рязанском крае святой старец остановился на ночлег в Свято-Троицком мужском монастыре, что находился на подступах к городу. Как событие многовековой давности воспринимается современниками – это стало отправной точкой нашей беседы с игуменом Свято-Троицкого мужского монастыря в Рязани архимандритом Андреем (Креховым).

Батюшка, Вы знали о ночлеге здесь Преподобного, когда впервые вошли в ограду этой обители – одной из древнейших на Рязанской земле?

Знал! И сразу почувствовал, что здесь ступали стопочки Преподобного. Я даже сам не ожидал, что приму всё так близко к сердцу! Да не только я, и прихожане сразу почувствовали, что это место намоленное. Монастырь выглядел как после артобстрела, но поднимать его из руин было легко – словно само по себе всё получалось, потому что во многом проявлялась благодать Божия. Для братии такая связь с преподобным Сергием Радонежским – великое дело, нам легче молиться, ощущая его присутствие.

Вы сказали: как после артобстрела. И что в этом плане особенно поразило после передачи монастыря Церкви и назначения Вас сюда наместником? Это ведь было тридцать лет назад?

Даже чуть больше. Исторический статус был возвращен обители в конце декабря 1995 года, и меня тут же Указом Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II и решением Священного Синода назначили ее наместником. Где-то за полгода до этого наш правящий архиерей владыка Симон (Новиков) стал вести со мной разговоры о том, что хорошо бы мне возглавить и возродить этот монастырь. Я дважды категорически отказывался, зная, что никто на должность игумена монастыря идти сюда не хочет: в то время казалось, неподъемным его восстановить. Но на третий раз я согласился, и владыка Симон (добавлю: мудрый архипастырь, глубокий богослов, прекрасный дипломат, управлявший Рязанской епархией более тридцати лет) радостно воскликнул: «Вот-вот, молодец!»

При знакомстве с монастырем поразило более всего то, как безбожная власть варварски покалечила Троицкий собор, снеся купол и своды, сделав бетонно-битумную плоскую крышу. Внутри самого храма тогда помещались скульптурная мастерская Управления культуры Рязанской области и мозаичный цех. Еще был вырыт котлован, куда отправляли отходы – отработанные гипсовые глыбы, осколки и части скульптур. С одной из скульптур – русалкой – произошла такая история. Я позвонил в Управление культуры и спросил: «Есть ли в мастерской что-либо ценное, что нельзя трогать?» Мне ответили: «Нет». Мы стали выносить всё на улицу, и наш художник (кстати, хороший художник, просто не мог терпеть подобного рода «произведения искусства») палкой отбил руки у русалки.

Буквально на следующий день является мужчина – бритый, с золотой цепью на шее, и угрожает: дескать, мы уничтожили его заказ и обязаны выплатить за скульптуру русалки компенсацию в размере 16 миллионов рублей. Я сослался на ответ руководства Управления культуры, добавив: «Какие у нас деньги? Вон посмотрите на бабушку – она бесплатно полы в храме моет!» Посоветовал ему подойти к началу службы и поговорить на тему «компенсации» с прихожанками, пожилыми женщинами, которые были очень боевыми, готовыми в любой момент за храм постоять. Но он почему-то не пришел…

Людей к нам приходило много. Особенно на Родительскую субботу храм был битком набит и доводилось даже просить: «Пропустите, мне служить надо!» То поколение нашей «старой церковной гвардии», поколение «белых платочков» ушло в мир иной. Всех их – певчих и прихожанок – помню в лицо, поскольку всех исповедовал, причащал. Сейчас в монастырском храме по воскресным дням стало больше бывать молодежи, больше детей к нам приходит...

А о том, что на кладбище Троицкого монастыря похоронен знаменитый зодчий Матвей Федорович Казаков, архитектурный гений которого во многом определил облик Москвы, когда Вы узнали?

Когда пришлось судиться из-за земли, «отрезанной» от основной монастырской территории при строительстве завода автомобильной аппаратуры. Мы столько архивных материалов подняли, столько разных свидетельств собрали в свою пользу! Архивные справки документально подтверждали, что здесь был исторический монастырский некрополь, и в нем производились преимущественно почетные захоронения: духовных лиц, благотворителей, людей известных фамилий, включая Матвея Федоровича Казакова. Не рязанец, уроженец Москвы, во многом сформировавший тот классический, гармоничный облик столицы, который мы сейчас узнаем, он нашел свой последний приют на Рязанской земле. И эта история не оставляет нас равнодушными даже спустя два с лишним столетия после его кончины. Как всё было? Во время нашествия Наполеона родственники вывезли Казакова из Москвы в Рязань. Как пишут, это тогда был один из распространенных маршрутов для спасения беженцев. Здесь Казаков узнал о пожаре в Москве и не смог это пережить.

«Весть сия, – писал его сын в первой посмертной биографии прославленного архитектора, – нанесла ему смертельное поражение. Посвятив всю свою жизнь зодчеству, украся престольный град великолепными зданиями, он не мог без содрогания вообразить, что многолетние его труды превратились в пепел и исчезли с дымом пожарным». Матвей Федорович скончался в Рязани 7 ноября 1812 года на 74-м году жизни. Как постепенно –поэтапно – уничтожалось кладбище Троицкого монастыря, долго и больно рассказывать. Окончательно оно было уничтожено бульдозерами в 1974 году при закладке котлованов под фундаменты зданий упомянутого завода. Мы очень хотели найти могилу прославленного архитектора, упорно ее искали, привлекали археологов – увы, наши поиски не увенчались успехом.

Поминаете раба Божия Матвея?

Каждый день на проскомидии поминаем и Матвея, и Федора. Каждый год 7 ноября на предполагаемом месте захоронения Казакова совершаем заупокойную литию.

Отец Андрей, в Вашей биографии столько примечательных вех! Учеба в МГУ им. М.В. Ломоносова на географическом факультете, работа во Всесоюзном НИИ строительных материалов и конструкций. Затем учеба в Московских духовных школах – семинарии, академии. А в какой период жизни пришла мысль о монашестве?

С детства я видел пример истинной христианской жизни и благодарен Господу за это. У нас в деревне, где я вырос, средней школы не было, поэтому я поехал жить к своей тетушке, тете Тане. Дочь псаломщицы она была духовным чадом известного старца Тихона (Агрикова), о котором, кто знал его, отзывались как о смиреннейшем из смиренных. По-христиански смиренной была и тетя Таня, у нее можно было учиться святой жизни. Благодаря ей я в двенадцать лет выучил наизусть «Отче наш», надел крестик. Когда стал старше, почувствовал, что душа тянется к монашеству, но появились серьезные сомнения в себе. Смотрел, как моя тетя неукоснительно соблюдает посты и постные дни, и думал: «Смогу ли я?» Добавлю к названным выше вехам еще две – строительный техникум и армия. Эта, скажем, школа жизни тоже помогла мне впоследствии. А учась в МГУ, я с первого курса стал (разумеется, тайно) ходить на богослужения в храм иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость» на Большой Ордынке. По окончании университета, как того требовало советское законодательство, отработал три года по распределению.

И душа потянулась к духовному образованию?

Душа действительно потянулась. Не буду рассказывать о всех перипетиях, связанных с поступлением в семинарию, остановлюсь лишь на моменте, когда меня вызвал к себе ректор Московских духовных школ архиепископ Александр (Тимофеев) и спросил, есть ли у меня невеста. Услышав, что нет, предложил принять монашество. Причем дважды с некоторым перерывом он задавал мне этот вопрос, и я дважды отказывался. Просто не готов был сделать такой шаг, хотя каждое утро ходил в Троицкий собор на общее молитвенное правило.

Владыка «не давил» на Вас? Он многим запомнился как строгий ректор.

Владыка сочетал в себе строгость и доброту. Сейчас есть море воспоминаний о нем, и в большинстве из них это определение проходит красной нитью. Помню, он образно сказал: «Ягода созреет – будет слаще». И к последнему курсу семинарии я «созрел». Восприемником при монашеском постриге был мой духовный отец архимандрит Кирилл (Павлов). Зная, что отец Кирилл участвовал в обороне Сталинграда, я однажды поведал ему о своем отце: он тоже там воевал, бил под Сталинградом фашистов с танка. Думаю, это нас с батюшкой как-то сблизило. В монашестве я получил имя в честь апостола Андрея Первозванного. А после окончания Духовной академии чуть меньше года подвизался в Свято-Духовском мужском монастыре в Вильнюсе – монастыре с большой историей, наполненной в минувшие века драматическими событиями. Там всё было чистенько, всё ухожено, кустарники ровненько пострижены – красота! С едой проблем не возникало, устав не казался тяжелым. Но возникают же искушения – даже в самых что ни на есть благоприятных условиях! И у меня оно возникло – тоска по родным местам. Такая тоска меня взяла, что я позвонил владыке Симону и спросил, можно ли мне приехать на Рязанскую землю. Получил утвердительный ответ.

Часто вспоминаю свое настоятельство в Архангельском храме села Малинки Михайловского района. Мое знакомство с храмом было тягостным. Увидел его обезображенным – без окон, без пола, на крыше растут тополя... Но печалиться долго не пришлось: местные жители с первых же дней меня поддержали, проявляя большую активность в деле возрождения храма, они и на службы активно ходили (особенно «старая гвардия», те самые «беленькие платочки»), и заботились о быте церкви. Кроме того, люди стали приносить старинные иконы, которые разобрали по домам после закрытия храма и в безбожные годы бережно их хранили. Храм спустя некоторое время преобразился, ожил, стал духовным центром села. Поэтому я не сразу отважился взяться за новое дело, дело более сложное и масштабное – поднимать из разрухи старинный монастырь XIVвека. Собирать братию…

Что по-человечески понятно. Но избрав монашество не спонтанно, не в порыве высоких чувств, а убедившись, что в душе появилась внутренняя готовность, Вы только тогда ступили на жертвенный путь. Видимо, осознание этого побудило Вас согласиться на предложение владыки?

Господь вел меня по жизни, предоставляя свободу выбора, и в итоге привел к монашеству, затем к игуменству. В прошлом году исполнилось тридцать лет, как я возглавил обитель в Рязани. В будущем году исполнится сорок лет моего служения в священном сане. Такие у меня даты.

Отче, теперь давайте вернемся к Вашему сообщению, что на службах стало больше бывать молодежи, детей. Вероятно, в этом есть и заслуга братии?

Несомненно. Братия проводит просветительскую работу, это всегда было для нас актуально. Один наш насельник, иеромонах Александр (Пименов), окончил духовную семинарию, затем получил степень магистра богословия. Видя его огромное желание приобретать глубокие богословские знания, я как игумен давал ему возможность учиться, поскольку надеялся: это принесет немалую пользу и самому отцу Александру, и мирянам. Мои надежды оправдались. Отца Александра не раз приглашали на Рязанское епархиальное радио «Логосъ», и, глубоко погруженный в события далекого прошлого, он знакомил людей с житиями великих святых, а второй частью его выступления становились рассказы о современной жизни в монастырях и о том, чему миряне могут поучиться у монахов. Эти рассказы, звучавшие в программе «Новый день», собирали большое число заинтересованных радиослушателей. В самом монастыре отец Александр проводил экскурсии для паломников и гостей обители, и, что чрезвычайно важно – воскресные беседы для наших взрослых прихожан. Собираясь после Литургии, участники таких встреч разбирали воскресное Евангелие. Также они обсуждали темы, связанные с толкованием Священного Писания и вопросы жизни Церкви на протяжении многих веков.

А сейчас?

Сейчас отец Александр находится в зоне СВО. Он периодически приезжает в Рязань (к слову, у него здесь живет пожилая мама), служит в монастыре и после продления командировки уезжает снова, чтобы в блиндажах, где можно увидеть иконы, стяг со Спасом Нерукотворным и другие святыни, крестить, исповедовать, причащать бойцов. Иными словами, как и другие военные священники, он старается поддерживать их в самые критические моменты: перед броском в атаку и сразу после возвращения из боя.

Сейчас по послушанию дело просвещения продолжает насельник обители иеромонах Мисаил (Салтыков), который проводит занятия по основам Православия для взрослых и руководит детской воскресной школой.

Это тот самый отец Мисаил, чьи замечательные стихи и рассказы размещены на официальном сайте монастыря в подрубрике «Творчество» внутри главной рубрики – «Просветительская деятельность»?

Мне, как и многим людям, его творчество тоже очень нравится. С помощью духовных чад пастыря были изданы сборники его произведений – «Цветок веры» и «Божий странник». Вышло несколько аудио-альбомов с его духовными кантами, которые он сам исполняет, обычно под гитару.

Если говорить о плодах просветительской деятельности монастыря, то следует назвать еще один важный момент, помимо увеличения числа молодежи, детей в храме. Это всеобъемлющее живое чувство, с которым человек подходит, допустим, к особо чтимой иконе или к раке с мощами святого, к мощевикам с частицами мощей великих подвижников веры. Он прикладывается к святыням не механически (мол, так принято), а испытывает при этом благоговение и трепет, любовь и благодарность. Потому что хорошо знает, к примеру, волнующую историю, связанную с древним чудотворным Феодоровским образом Божией Матери, пожертвованным нашей обители рязанским купцом Григорием Гавриловичем Анзимировым после одного чудесного случая: Богородица уберегла купца в пути от грозивших ему большими скорбями потерь. (В настоящее время этот образ находится в Борисо-Глебском соборе, а в нашем монастыре хранится его современный список – тоже прославившийся чудотворениями).

С благоговением прикладываются прихожане к чтимой Казанской иконе Божией Матери, сохранившейся с дореволюционных времен. А икона преподобного Сергия Радонежского воскрешает в памяти многих то событие, что произошло сравнительно недавно, в 2014 году. По благословению Святейшего Патриарха Кирилла в год 700-летия со дня рождения игумена земли Русской частицы его мощей передавали в разные храмы и монастыри, исторически или духовно связанные с традицией, идущей от преподобного Сергия. Официальная делегация из Рязани повезла в Троице-Сергиеву лавру нашу монастырскую икону Преподобного. В Лавре в сей святой образ был вмонтирован мощевик с частицей мощей избранника Божия и его родителей – преподобных Кирилла и Марии. В Троицком лаврском соборе, у мощей смиренного чудотворца, было совершено молебное пение, после чего икона возвратилась в Рязань, в наш монастырь.

***

Было в жизни наместника обители еще одно событие ­– пожалуй, личного плана, которое тоже можно расценивать как глубоко символическое. По благословению митрополита Симона он постриг свою старенькую маму в монашество, дав ей имя при постриге – Сергия. В честь преподобного Сергия Радонежского. Последние десять лет она жила здесь, в монастыре, на Московском шоссе, мимо которого однажды, давным-давно, она проезжала с сыном в троллейбусе, и оба с грустью отметили, что даже признаков монастыря не видно, хотя когда-то он тут был. Но спустя время на этом месте стали совершаться чудеса, и к этому созидательному процессу восстановления поруганной святыни оказался причастен ее сын. Восстанавливались и благоукрашались Сергиевский храм с двумя приделами, главный собор в честь Живоначальной Троицы, надвратный храм в честь иконы Божией Матери «Знамение-Корчемная» и святых благоверных князей Петра и Февронии Муромских. Не менее ценным было и другое. Вот люди, порой далекие от веры, входили в Святые врата обители, соприкасались с неведомым им прежде миром высокого духовного настроя, со свидетельствами о Господе – в итоге их жизнь преображалась, чему монахиня Сергия не раз была свидетелем.

И наверняка материнское сердце согревала мысль, что ее сын-игумен понимает чужие нужды, проявляет чуткость и отзывчивость. Так через год после назначения его сюда наместником при монастыре была открыта благотворительная столовая, кормившая каждый день до 50 человек. (Нельзя не сказать, что эта столовая действует и сегодня. Правда, людей приходит уже меньше, но приходят. Ведь, к великому сожалению, и в наши дни есть бездомные. Есть в наши дни и малоимущие пенсионеры, для которых это один из немногих способов регулярно получать горячую еду, когда собственных средств на полноценное питание не хватает).

Думается, монахиня Сергия иногда мысленно возвращалась и к тому давнему дню, когда она очень мудро поступила, «отшив» чиновников местного масштаба. Работники райисполкома пришли к ней домой где-то через неделю после того, как ее сын подал документы в духовную семинарию. Судя по всему, они рассчитывали найти в ее лице горячего союзника: как же, Виктор (мирское имя батюшки) Крехов получил высшее образование в самом престижном вузе СССР, попал по распределению в подмосковный научно-исследовательский институт, и вдруг такой вираж в сторону «мракобесия»! Однако разговор с пришедшими был короткий. «Он взрослый человек, у него своя голова на плечах!» – твердо и прямо сказала женщина. Мать Сергия отошла ко Господу в 2014 году в возрасте почти 104 лет. Встречая такие истории, невольно думаешь: как милостив Господь к русскому народу, дав возможность зажечь в душе светильник веры и достойно подготовиться к вечному блаженству поколениям, не понаслышке знавшим об эпохе гонений и притеснений за имя Христово!

...И еще о милости Божией к живущим в России XXI века. В 2019 году в Московском государственном университете на 40-летие окончания вуза собирался батюшкин курс. И его пригласили на встречу – он даже костюм для такого случая купил. Но после раздумий решил ехать в монашеском облачении. И не пожалел – однокурсники встретили отца Андрея с большим уважением к его сану. Оказалось, немало тех, с кем он бывал на лекциях, сдавал зачеты, экзамены, пришли к вере.

Беседовала Нина Ставицкая
Фото: Владимир Ходаков
Также снимки представлены Свято-Троицким мужским монастырем г. Рязань